Его взлёт как драматурга в 1960-е годы ознаменовал зрелость современной пьесы на языке каннада — аналогично тому, как Бадал Саркар повлиял на бенгальский театр, Виджай Тендулкар на маратхи, а Мохан Ракеш на хинди. На протяжении четырёх десятилетий Карнад создавал пьесы, в которых активно использовал мифологию и исторические сюжеты для осмысления актуальных социальных и политических проблем. Многие его произведения были переведены им самим на английский язык и получили широкое международное признание.
Карнад был тесно связан и с индийским кинематографом, где проявил себя как актёр, режиссёр и сценарист. Он снимал фильмы и играл роли как в авторском, так и в коммерческом кино, неизменно сохраняя интеллектуальную глубину и драматургическую точность. Его работа в кино была отмечена многочисленными наградами, включая премии Filmfare за режиссуру и сценарий.
Он являлся лауреатом Премии Джнянпитх — высшей литературной награды Индии, полученной в 1998 году. Государство также отметило его вклад, присудив ему ордена Падма Шри и Падма Бхушан. Помимо этого, Карнад активно участвовал в культурной и образовательной жизни страны, в том числе как популяризатор науки — он вёл телевизионную программу Turning Point на телеканале Doordarshan.
Ранние годы Карнада прошли в многоязычной и театрально насыщенной среде. Он получил начальное образование на маратхи, а затем глубоко погрузился в культуру каннада после переезда семьи в Карнатаку. Огромное влияние на него оказали народный театр и якшагана, которые позже нашли отражение в его пьесах. Академический путь привёл его в Оксфорд, где он обучался как стипендиат Родса и стал президентом Oxford Union — редкое достижение для индийского студента того времени.
Помимо творческой деятельности, Карнад занимал важные институциональные посты: он был директором FTII, возглавлял Sangeet Natak Akademi, работал в Университете Чикаго как приглашённый профессор и представлял Индию в Лондоне в качестве культурного советника. До конца жизни он оставался активным интеллектуалом и публичным мыслителем, чьё влияние выходило далеко за пределы сцены и экрана.
