Ожидания от пятого совместного проекта любимцев публики Варуна Шармы и Пулкита Самрата были высоки. Зрители надеялись на искрометный юмор в духе франшизы Fukrey, но вышедшая лента Rahu Ketu оказалась, по мнению критиков, полным провалом. Режиссерский дебют сценариста Випула Вига не смог спасти даже звездный актерский состав, превратив потенциальный хит в несмешной сумбур.
В одной из сцен фильма разочарованный персонаж-писатель кричит: «Нам нужно создать историю, а не хичди (кашу)!». Эта фраза стала пророческой для всей картины. То, что задумывалось как веселый балаган, обернулось бессвязным набором гэгов и упущенных возможностей.
От мифологии до абсурда
На бумаге концепция Rahu Ketu выглядела интригующе. Фильм должен был стать комедией ошибок в стиле Dhamaal или Golmaal, приправленной мифологическим подтекстом. Главные герои — два неразлучных друга-неудачника, чьи имена буквально Раху (Варун Шарма) и Кету (Пулкит Самрат). В индийской астрологии это теневые планеты, приносящие хаос, и в фильме парни действительно сеют разруху в городке Куллу.
Сюжет пытается заигрывать с фэнтези: герои утверждают, что их шалостями управляет невидимая сила. Зрителям даже показывают их человеческие воплощения, раскрашенные в синий и красный цвета — странная и нелепая отсылка к «Матрице». Однако вместо умной сатиры сценарий скатывается в набор примитивных шуток, которые вызывают скорее недоумение, чем смех.
Звездный состав в странных декорациях
Сюжетный поворот вводит персонажа Фуфаджи в исполнении Пиюша Мишры, который предстает в образе, напоминающем Ошо. Он рассказывает племяннику Чуру Лалу (Ману Риши Чадха) легенды о Раху и Кету. Чуру Лал, в свою очередь, пишет магическую книгу судеб «Atrangi Kahaniyaan», связывая жизни разных персонажей с выходками главных героев.
В этот хаос втянуты огненная Мину (Шалини Пандей), в которую влюблен Раху, робкий полицейский Банси (Сумит Гулати), коррумпированный офицер (Амит Сиал) и наркобарон (Чанки Пандей). Фильм пытается объять необъятное: здесь и неуклюжая социальная сатира на коррупцию, и критика общественных пороков, и яркие танцевальные номера. Но попытка сделать «все и сразу» приводит к тому, что сюжет рассыпается на части.
Где смеяться?
Випул Виг, ранее написавший сценарии к фильмам Fukrey, в своем режиссерском кресле опирается на знакомую формулу, но теряет чувство меры. Юмор в Rahu Ketu называют безрассудным и чрезмерным. Вместо улыбки зрителя бомбардируют инфантильными фразочками вроде «сердце курицы» или «хвост лошади», которые подаются как панчлайны, но лишены комического эффекта.
Химия между Варуном Шармой и Пулкитом Самратом, которая была сердцем Fukrey, здесь совершенно не работает. Актеры выглядят неэффективными, а их взаимодействие — вялым. Критики с грустью отмечают, что успех их предыдущих работ мог быть просто счастливой случайностью.
Трагедия хороших актеров
Отдельного упоминания заслуживает игра Шалини Пандей. Актрису упрекают в странном подражании Алие Бхатт и слабой проработке роли. В музыкальных номерах она выглядит эффектно, но плохая синхронизация губ (липсинк) портит впечатление.
Но настоящая трагедия фильма — это растрата таланта ветеранов индустрии. Пиюш Мишра, Амит Сиал и Ману Риши Чадха вынуждены участвовать в идиотских сценах, где они кричат, получают пощечины и выглядят как любители. К моменту финальных титров зритель чувствует себя не развеселившимся, а опустошенным и онемевшим от бессмыслицы происходящего.
