Фильм Лео / Leo третьи фильм из Вселенной режиссера и сценариста Локеша Канагараджа (Lokesh Cinematic Universe) с тамильской суперзвездой Виджаем. Вдохновлённый графическим романом A History of Violence, экшен-триллер рассказывает историю семьянина Парти, который живёт на северо-западе Индии, владеет небольшой кофейней и помогает местному лесничему спасать животных. Его попытки вести тихую, незаметную жизнь рушатся после того, как он спасает жителей городка от дикой пятнистой гиены, и эта история попадает в национальные новости. После этого за Парти начинают охоту опасные и безумные гангстеры, убеждённые, что на самом деле он — Лео, легендарный преступник и сын криминального авторитета Энтони Даса. Парти приходится бороться, чтобы защитить семью и доказать свою невиновность.
Лео вышел в мировой прокат в октябре 2023 года. Ранее Манодж Парамахамса уже работал с исполнителем главной роли Джозефом Виджаем Чандрасекараном (известным как Виджай): сначала в качестве ассистента оператора с 2006 года, а затем и как оператор-постановщик. Именно ведущий актёр порекомендовал Маноджа режиссёру Локешу, в том числе из-за его уверенного обращения со сложными кадрами и визуальными эффектами. Несмотря на экшен-ориентированный характер фильма, Маноджа в первую очередь привлёк путь главного героя.
Мне показалось, что сценарий в первую очередь делает акцент на актёрской игре. Вся история героя строится вокруг попыток сохранить свою истинную личность в тайне. В этом и есть суть фильма. Поэтому для меня было важнее сосредоточиться не на локациях или сложном освещении, а на базовой задаче — точно передать актёрскую работу, — говорит Манодж.
Первые обсуждения Маноджа и Локеша быстро перешли к вопросам оптики и формата съёмки.
Продюсерская команда и Netflix хотели снимать в полном кадре с соотношением сторон 1.85, но Локеш принципиально не принимает этот формат — он настаивал на Cinemascope 2.39. Хотя снимать на плёнку возможности не было, он хотел сохранить ощущение классического кино. Раз 1.85 не подходит, мы решили попробовать анаморфот. Я протестировал несколько вариантов, и именно объективы Cooke показали себя лучше всех.
В паре с объективами использовались различные камеры RED, во главе с V-Raptor XL, снимающей в разрешении 8K. Манодж отмечает: «Анаморфот даёт более выраженное трёхмерное ощущение, сильнее отделяет объект от фона и делает изображение более весомым. Главное преимущество связки полнокадрового Raptor и анаморфотных объективов с коэффициентом сжатия 1.8x — более широкий угол обзора по сравнению с Super 35. Для меня это было ключевым аргументом».
Подготовка к съёмкам была масштабной. Опыт Маноджа в превизуализации позволил ему полностью контролировать процесс. Будучи сооснователем студии Stage Unreal вместе с известным супервайзером визуальных эффектов Шринивасом Моханом, команда использовала передовые инструменты. Большая часть фильма была заранее визуализирована в трёхмерном пространстве в Unreal Engine, что позволило в реальном времени экспериментировать с мизансценами. На основе замечаний постановщика трюков и режиссёра Манодж мог точно моделировать будущие кадры с тем же размером сенсора и фокусными расстояниями, которые использовались на съёмках.
Съёмочный период составил около 125 дней. Фильм снимался в разных локациях, включая Кашмир, где работа проходила в условиях суровой зимы и снега. Манодж отмечает вклад как основной съёмочной группы, так и команды предварительного освещения. Возможности превизуализации помогли грамотно расставить приоритеты и увязать натурные съёмки с павильонными декорациями.
«Интерьеры строились в студии. Например, ночная кофейня была полностью создана в павильоне. Мы изучили реальную локацию: сама кофейня была маленькой, но экстерьеры в Кашмире — невероятно красивые. Поэтому мы соединили реальные внешние съёмки с интерьерными декорациями. Дом героя тоже был сделан по такому принципу: мы нашли красивый дом, расширили двор, добавили траву, чтобы было больше пространства для погонь. Вместо хромакея я старался использовать дымку и туман, сохраняя глубину кадра. Практически все интерьеры — это декорации».
Манодж давно знаком с объективами Cooke. Он стал первым индийским оператором, использовавшим серию S4, снимая на 35-мм плёнку в формате 3-perf на ARRI 235. Затем были объективы 5/i, анаморфотные 35-мм проекты и позже полнокадровая цифровая сферическая оптика. Лео стал его возвращением к Cooke — на этот раз в сочетании полнокадровых камер RED и анаморфота.
Я очень доволен. И следующий фильм, над которым я сейчас работаю, будет снят на такой же конфигурации.
В фильме много динамичного движения камеры. Манодж использовал различные риги, включая FPV-дроны и систему ARRI Trinity. Камера RED V-Raptor XL по возможности выступала в роли основной. Основной набор объективов включал Cooke 32 мм, 50 мм, 85 мм Macro, 135 мм и 180 мм анаморфотные объективы Anamorphic/i с коэффициентом сжатия 1.8x и специальным покрытием для бликов — личный комплект Маноджа. Особенно ценным оказался 85-мм Macro, позволивший создавать выразительные крупные планы, подчёркивающие внутреннее напряжение Парти.
Мы хотели держать героя ближе к зрителю. 85-мм Macro стал любимым объективом всей команды. Когда Локешу нужен драматизм, мы сразу берём его. А 32 мм прекрасен своей кривизной линий — эта плёночная деформация смотрится очень интересно. Это два моих любимых объектива.
В отличие от предыдущих работ с сферическими объективами Cooke, где Манодж использовал лёгкие фильтры Tiffen Glimmerglass, в Leo он отказался от дополнительной фильтрации, ограничившись внутренними ND-фильтрами камер.
«Сами объективы Cooke дают очень мягкую, кремовую картинку. Глаза остаются резкими, кожа выглядит мягко — это именно то, что нам нужно. Для индийской кожи лёгкое тепло особенно важно, и эти объективы дают его естественно».
Манодж предпочитал снимать с диафрагмой в диапазоне T4–T5.6, считая, что именно в этом интервале глубина резкости и боке выглядят наиболее гармонично.
Большинство диалоговых сцен снимались на три камеры, поскольку режиссёр и актёры предпочитали минимальное количество дублей. Это поддерживалось световым решением, основанным преимущественно на LED-приборах.
Актёрская игра для этого фильма критически важна, поэтому драматические и диалоговые сцены мы снимали сразу на три камеры, чтобы сохранить визуальную целостность. Я использовал новейшие панели Gemini с жёстким светом и новым цветовым движком RGBWW. Свет получается выразительным и очень красивым. Я много готовил освещение заранее, всё было смонтировано и управлялось через приложение. Так как нам не нужен был глянцевый, мягкий образ, мы могли свободно использовать несколько камер. Я почти не применял HMI или PAR-свет — их жёсткость плохо сочетается с многокамерной съёмкой. Gemini дали идеальный баланс.
Ещё одним плюсом жёстких LED-источников стала возможность легко добавлять яркость для съёмки с переменной частотой кадров. Основная работа велась на камерах RED с частотой до 120 кадров в секунду, а для отдельных сцен использовалась камера Phantom для сверхвысоких скоростей.
Манодж сравнивает развитие света и цветовой температуры в фильме с движением «к вулкану»: начало выдержано в холодных тонах, затем постепенно добавляются источники огня и тёплого света, а в финале изображение словно «погружается в лаву», приобретая насыщенный оранжевый оттенок.
Он использовал блики очень дозированно, чтобы не нарушать эмоциональные сцены. Лишь в некоторых монтажных эпизодах под энергичную музыку он позволял себе больше визуальных эффектов.
Я не хотел мешать эмоциональным моментам. Когда звучит только музыка и мощный фон, зритель всё равно поймёт сцену — тогда можно усилить блики. В диалогах я этого избегал. Использование источников света, расположенных ниже уровня глаз, и отказ от имитации солнечного света с помощью HMI позволили мне лучше контролировать блики.
Манодж работал по системе одного LUT, разработанного на этапе подготовки совместно с его постоянным колористом Гленом Кастиньо из польской студии Alvernia. Финализация в Dolby Vision позволила сохранить больше деталей в светах, особенно в сценах со снегом и огнём. Для кинотеатральных копий он стремился к насыщенному, почти HDR-впечатлению.
В работе с визуальными эффектами ключевую роль сыграла превизуализация. На площадке использовались наложения предпросмотра для отдельных сцен, включая финальные погони и битвы на фоне тумана и снега. Компания Cooke поддерживала производство и студию MPC, помогая обеспечить точное композитирование.
В итоге объективы Cooke Anamorphic/i Full Frame помогли Маноджу решить три главные проблемы, которые раньше удерживали его от анаморфота: точная передача оттенков кожи, достаточный угол обзора и возможность снимать крупные планы с близкой дистанции.
«Я очень доволен тем, что без всяких фильтров получаю нужную мягкость и приятное тепло кожи. Для индийского лица это особенно важно. Раньше анаморфот был ограничен форматом Super 35, не хватало угла обзора и минимальной дистанции фокусировки. Эти три ограничения нас всегда останавливали. Объективы Cooke закрыли все вопросы: 85-мм Macro дал близкий фокус, полный кадр обеспечил нужный угол. Этот комплект дал оператору всё необходимое».
Интервью от апреля 2023 года
